A. ULAKYA (ulakya) wrote,
A. ULAKYA
ulakya

  • Mood:
  • Music:

Спостерiгачi вiд iноземних держав

Вернулся из Одессы, где был наблюдателем на украинских выборах.

Слова

Полтора года назад оранжевая революция немного бесила непонятностью своего, Шишков прости, вокабуляра. Стоя на Майдане, чувствовали себя идиотами, когда после оглашения очередного лозунга приходилось обращаться к кому-нибудь в толпе, мол, "извините, вы не могли бы перевести…". Каждый раз готов был услышать как в старом анекдоте "не останiвка, а зупинок, а ты, москаль проклятый, уже приехал".

Одесситы доставали иронией по поводу моего московского говора и настаивали на произношении "адеса" вместо "адэсса".

Избирательный закон нашелся только в виде украинского текста и англоязычных комментариев (наверное, ОБСЕ). В Одессе, понятно, на двоих переводящих приходилось минимум три толкования… В то же время русскоязычность Одессы позволяла в основном следовать разговорам и рекламным кампаниям.

Закон

В ходе оранжевой революции была запущена политическая реформа, частью которой стал новый избирательный закон. Писали его второпях, процедуры прописывали так, чтобы максимально затруднить манипуляции, но получилось, что концы с концами трагически не сходятся, взамен старых дыр открылись новые, а процедуры получились невыполнимыми в местных условиях.

Но все это чепуха, если учесть, что сам закон находится на рассмотрении в конституционном суде, т.е. по украинскому законодательству вообще не действует, а выборы должны проводиться по предыдущему закону. Там же в КС находится на рассмотрении и сам закон о политической реформе. Один из наблюдателей назвал это transition democracy, но, по-моему, масштабы этого транзита явно за гранью добра и зла.

Кроме того, полномочия правительства Еханурова после январского вотума недоверия уже истекли, новое правительство согласно условиям политической реформы может быть назначено только новой Центральной радой. Иными словами, правительство нелегитимно и ситуация безвыходна. Правда, постановление Рады отправляли в Конституционный суд, но, по-моему, он и так завален работой…

Обсуждать эту щекотливую ситуацию как-то не принято. Правительство работает, выборы проходят, европейцы счастливы.

Аккредитация

Раздолбай из центрального офиса в Брюсселе, конечно, забыл послать факс с доверенностью на получение аккредитаций (удивительное для голландца раздолбайство). Руководитель группы наблюдателей (немец) пришел в центральную избирательную комиссию в сопровождении гарной украинской дивчины, которая, когда выяснилось, что факса нет, воскликнула "Что же у вас за организация, если такой важный факс может потеряться?! Что же теперь делать?!". Аккредитации тут же выдали, немец был в восторге, хотя его беспокоила возможность вот так вот запросто…

Моральный облик наблюдателя

Сбор группы наблюдателей в Одессе был отмечен вечеринкой в клубе, где я пару раз успешно отбивался от роли переводчика между немногословным наблюдателем-финном и разговорившимися с ним болтунами-одесситами.
Когда стало немного скучно, я попросил в баре сделать настоящий одесский коктейль. После некоторых творческих мучений бармен за 22 гривны (115 р.) приготовил шот из самбуки, калуа и абсента, поджег, дал трубочку и сказал пить быстро, остатки бармен опрокинул в стакан колы и предложил запивать лонгдринком. Руководителю группы идея напитка понравилась и скоро мы в сильно пьяном и счастливом состоянии свалили, а вот финн остался.
Утром один из наблюдателей-немцев, промучившись всю ночь от нечеловеческого храпа толстого наблюдателя-словенца, в ужасе увидел как распахнулась дверь номера и двое абсолютно пьяных матросов внесли соседа-финна. Всю оторопь немца можно оценить только с учетом того, что тельняшки в Берлине носят только отъявленные пидоры, и в первых лучах зари внос тихого коллеги двумя накаченными гомосексуалистами...
Из рассказов финна выяснилось, что сначала он пил с тремя юристами, потом с милиционером, который учил его разбирать-собирать табельное оружие, и, наконец, с двумя матросами, которые его и принесли. Как он, не зная ни слова по-русски, с ними общался?

Люстдорфская дорога, 55

Не сразу научился выговаривать адрес, но после двухчасовых поисков избирательного участка, когда выяснилось, что в разных частях дороги встречаются 55-е дома, причем на некоторых из 55-х домов висели параллельно и другие номера, некоторые 55-е стояли между 30-х, 80-х, а иногда и на гипотетически четной стороне дороги. Один раз мы даже отчаялись и пошли есть, но по дороге встретились еще 55-е дома и даже обнаружился сам избирательный участок!
В анкете наблюдателей был даже вопрос насколько сложно найти участок. Хотели написать fucking complicated, но решили, что местным все-таки проще.

Продолжение следует
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments