A. ULAKYA (ulakya) wrote,
A. ULAKYA
ulakya

"Реконструкция"

Алексей Васильев написал, что “Реконструкция” - необычайно грациозный парафраз лелушевских “Мужчины и женщины”. Чем больше думаю об этом фильме, тем меньше согласен с этим утверждением. Безусловно, кино начинается с диалога:Покурим-ка!
“Как вас зовут?” — он прикуривает сигарету.
“Эме”, — она выпускает дым.
“Как ту самую?” — мужчина эрудирован.
“Ах, так вы знаете…” — женщина заинтригована.

Но дело там вовсе не в Лелуше… Хотя весь фильм и полон предощущения цитат из Лелуша, но сами они не сильно-то обнаруживаются. Наверное, не стоило заранее читать Васильева. Но как тогда выбрать хорошее кино?
Тоже сейчас пишу это со стаканом довольно крепкой выпивки, впрочем как и всегда в последнее время…
Монтаж
Мы не виделись довольно давно, прошлое почти забыто, будущее, наверное, есть, но какое-то другое. Когда-то все началось с просмотра “Мужчины и женщины”. Сначала фотосъемки (я у аппарата), а потом матэ в калабасе и кино в “Ротонде”. Та самая заигранная мелодия и камера по круговым рельсам вокруг лелушевских героев; синефильские разговоры…
По описанию Васильева выходило, что если уж мы начинаем снова общаться, то лучше с этого фильма. Кино было совсем не о том, но к случаю подошло замечательно. И момент был выбран очень точно. Пожалуй, если бы не поговорили после кино, то на следующий день был бы конфуз, и многие бы позабавились…
Монтаж
Первый вопрос к режиссеру “Реконструкции”: какого черта герой попадает в параллельную реальность, вступая в связь с Эме (по совместительству музой мужа-писателя)? И почему, вроде бы вырвавшись из круга превращений в первоначальную реальность, он в последней сцене надевает спящей Эме кольцо, полученное им в одной из параллельных реальностей где-то в середине фильма? Стоит ли полагать, что распараллеливание реальностей было проведено нечетко, не по точной конструкции, а по особому датскому чувству? По догме?
Второй вопрос: а что собственно должно означать то, что обе любви фотографа (главного героя) играет одна и та же актриса? Может это парафраз не к Лелушу, а к “Последнему искушению Христа”? К хрестоматийной фразе, — за точность цитаты не поручусь, — “Они все суть одна”?
Монтаж
Примерно с середины фильма мы стали спорить: исполняет ли обе главные женские роли одна актриса, или это только ее домыслы. Я говорил, о том насколько женщины различаются социально, психологически и даже внешне, но она оказалась права… Оказалось, что все это макияж и работа стилиста.
В середине сеанса я кладу ноги на спинки стульев предыдущего (пустого) ряда, чувствую как она морщится, спрашиваю: “тебя возмущает вольность моего поведения?”, говорит, что нет...
Монтаж
Третий вопрос к режиссеру “Реконструкции”: насколько возможно толкование сюжета, в котором все существует исключительно в голове писателя? Фотограф вымышлен — он герой нового романа писателя; подруга фотографа — вариация на тему жены и музы писателя, а гений чистой красоты, ради которой фотограф бежит по эскалатору на станции Norreport, просто списан с жены, потому что она - муза и прекрасная стильная женщина с характером и высоким уровнем рефлексии, без которой, — согласно посвящению в его предыдущей книге, — ничего бы не было?
Четвертый вопрос: фильм вообще можно понять без знания датского языка и Дании? Васильев пишет, что “Кино это — о комментаторе, человеке, задумавшем поразмышлять вслух, возможна ли любовь зрелых, состоявшихся людей, но избравшем для размышлений язык кино. Его попытка выдает эмоциональный кризис и меланхолию, но и смелость: о неспособности взрослых людей к любви рассуждать не принято”.
По-моему, дело тут не в голосе за кадром, тем более что его не так много? А в культовых зданиях Копенгагена, что мелькают по ходу действия; в расставании писателя с женой и его отъезде в Роскильде, что в получасе на такси; в названиях улиц и в отдельных словах героев; в разности героинь: прежняя любовь фотографа — простушка, что особенно явно выдает ее “сельская” прическа, а новая — гламурная. Причем Муза, видимо говорит не по-датски, а по-шведски, что многое меняет, объясняет, означает... это, в конце концов, звучит как-то совершенно иначе.
К концу конструкция фильма вроде бы замыкается и становится многое понятно, но вдруг фотограф подходит к постели и надевает спящей Эме кольцо, полученное им в одной из параллельных реальностей где-то в середине фильма. И все как-то разваливается и превращается в теплую и пластичную массу обобщений, нежности съемок переживаний героев в датской манере — камера смотрит практически в лицо...
В конце звучит закадровый голос: “Это был всего лишь фильм, конструкция. Но, согласитесь, она ранила вас”…
Над нами ставили очередной эксперимент? Распутаем ли клубок распараллеленных реальностей? Ранит ли нас история? Ранит ли как рассекает волны до крови фон Триер или только царапнет слегка?
Монтаж
Она долго не встает, смотрит титры. Я — в глаза людей в освещенном зале, ищу в них подтверждения своего понимания и ощущения фильма. “Да, я была права, их обеих играет одна актриса“ — как приятно быть правой. Ей.
Уже выходим, рекомендую ей запомнить фразу “Опасайся мужчину с фотоаппаратом”… Теперь это уже не важно. Пытается объяснить, что сюжет абсолютно гармоничный и все со всем сошлось. Тогда предлагаю ей вторую фразу из фильма: “Это был всего лишь фильм, конструкция. Но, согласитесь, она ранила вас”…
Монтаж
А кино смотреть стоит. Ничего не ждать, не думать про Лелуша, а просто сесть и смотреть на интересный свет, потрясающую игру актеров, особенно на так любимых “Догмой” крупных планах.
Монтаж
Update: написано ночью, теперь появился Интернет и голова значительно свежей, ощущения, правда, схожие. Кольцо.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments